Мы особо выделим два аспекта значения закона Моисеева:
1) его значение как образца правового документа, регулирующего все стороны жизни общества, и в этом отношении образца для построения нормального, с точки зрения Бога, общества;
2) его духовное значение, особенно его значение в этом отношении для нас, христиан.

Закон, являвшийся важнейшей составной частью как Пятикнижия Моисеева, так и всего Ветхого Завета, был призван регулировать все стороны жизни общества от взаимоотношений внутри семьи и между соседями, до организации ритуальных церемоний. Составляющие его нормы в своей совокупности образуют договор, который Бог заключил с избранным Им народом: их выполнение является служением Богу, условием святости, делом благочестия, что только может и обеспечить народу и каждому отдельному человеку благоволение Божие, благополучие и процветание.

Краеугольным камнем Закона является Десятословие. Оно имеет универсальное значение как общечеловеческий этический эталон, оставаясь для всех народов и во все времена заповедями Божьими, определяющими обязанности человека по отношению к Богу и ближнему. Бог даровал Закон непреложным, нелицеприятным и полным справедливости. Таков был характер законоположений, посредством которых Бог управлял Своим народом - Израилем. Господь определил права каждого человека во всех отношениях; в Законе не было никакого пристрастия, никакого лицемерия, никакой разницы между богатыми и бедными. Невозможно читать Божии повеления и не испытывать чувства благоговения пред глубокой мудростью, святою праведностью и, в то же время, нежною заботливостью, которыми дышат эти строки: они вселяют в сердце глубокую уверенность, что в их словах раздается голос единого истинного, премудрого Бога, полного бесконечной благодати.

В одном предложении - "...люби ближнего твоего, как самого себя" (Лев.19.18) - самым решительным и наглядным образом засвидетельствованы намерение, цели основных наставлений, данных Богом Израилю. Оно выходит за пределы правовых норм, потому что в нем требование сформулировано в положительной форме, и оно призывает Израиль на путь любви. Оно отходит от обычая устанавливать пределы человеческим стремлениям к власти и эгоцентризму, чтобы удержать человека от попрания прав соседей и вторжения в их жизнь. Оно призывает к такому образу жизни, при котором не нужно постоянного контроля, потому что в этом образе жизни выражен путь Божий, путь любви. Любовь к Богу и любовь к ближнему - вот центральный путь в жизни человеческой; все запретительные наставления и повеления Закона - это указатели, расставленные здесь и там для того, чтобы мы могли видеть нашу несостоятельность. Все запреты всегда надо рассматривать в контексте с этим центром. Их одних недостаточно. Запрещающие постановления даны человеку ради добровольного послушания любви, без которых они неполны и несовершенны. То, что заповеди касательно отношения человека к Богу и ближнему находились в одном ковчеге, говорит о том, что отношения между людьми так же важны в очах Божьих, как и отношения людей к Нему Самому. Ничего подобного нет ни в одной религии.

Закон был дан Богом как определение, имеющее непреходящее значение. Но для того, чтобы находиться на той высоте, которую он требует, человек должен прилагать постоянные усилия. Будучи же склонным к компромиссу, готовым всегда подчиниться "ходу событий", грешный человек спешит объявить высокие стандарты Создателя "устаревшими ненужными предписаниями", а весь Закон - "собранием установлений, которые были нужны в первобытные времена, чтобы обуздать дикие инстинкты наших предков". Мы становимся все более прагматичными, "цивилизованными" и светскими. Но, видя то, что ныне делается вокруг нас, должны ли мы отбросить в сторону надежды наших отцов как иллюзии? Нет. Ведь грех остается грехом, и те "дикие инстинкты", которые нам так хотелось бы видеть только у наших предков, при внимательном рассмотрении мы находим у себя и у наших современников. Поэтому было бы естественно обратиться за помощью к Закону, установленному Богом. Его повеления приемлемы для всех людей во все века, поэтому их иногда называют "типовыми положениями". Они показывают отношение Бога ко всем проявлениям человеческой жизни и основаны именно на Божьем, а не на человеческом авторитете.

Израиль обращался за указаниями к небу. Именно таково нормальное положение человека, который создан, чтобы обращать свой взор к небу, в отличие от животного, взгляд которого обращен к земле (греческое слово для выражения понятия "человек" буквально обозначает существо, лицо которого обращено вверх). Израильтяне пребывали в постоянной зависимости от Бога, в положении ни с чем не сравнимого блаженства; но прежде, чем испытать на себе связанные с этим благословения, им надо было решиться занять это положение. Это была требующая испытаний деятельность, а не теория, о которой только рассуждают. Дал бы нам Господь милость действовать так в течение всего нашего земного пути!

Исторические судьбы народов находятся в зависимости от их нравственных качеств: нарушение нравственного закона приводит к гибели народа, а повиновение Богу дает народу неодолимую силу духа. В иудейской молитве Шахарит говорится: "Древо жизни она (Тора-Закон) для придерживающихся ее счастлив. Пути ее - пути сладостные, и все стези ее - мир. Долголетие - в правой руке ее, а в левой - богатство и почет".

Арабби Эльдор бен Азарья (конец 1 - начало 2 века по Р.Х.) пишет: "Если нет Торы - нет морали, нет морали - нет Торы... Человек, который не изучал Писания, не обладает необходимыми этическими навыками. В то же время, если человек аморален, то его ученость ничего не стоит". Нет Торы, нет Закона, нет Писания -нет морали. А аморальное общество обречено на саморазрушение и уничтожение.

Как похоже наше нынешнее положение на положение Израиля, вышедшего из египетского рабства! И каким будет продолжение нашего пути - зависит от того, изберем ли мы путь следования Господу и Его заповедям или отвергнем Его, как было до сих пор, и будем также неуклонно идти к гибели. Господь дал избранному Им народу Закон, которым он должен был руководствоваться в своей практической жизни. Выйдя из Египта, где господствовало идолопоклонство, Израильский народ еще не научился поклонению истинному Богу. И теперь Господь предъявил ему настоятельное требование: привести духовную жизнь в определенный порядок для служения единому живому Богу (И.Нав.24.14).

Практическое значение Закона, пожалуй, лучше всего передано в словах Моисея, записанных в 4 гл. Второзакония: "Вот, я научил вас постановлениям и законам, как повелел мне Господь, Бог мой... Итак храните и исполняйте их; ибо в этом мудрость ваша и разум ваш пред глазами народов, которые, услышав о всех этих постановлениях, скажут: только этот великий народ есть народ мудрый и разумный, ибо есть ли какой великий народ, к которому боги его были бы столь близки, как близок к нам Господь, Бог наш, когда ни призовем Его? И есть ли такой великий народ, у которого были бы такие справедливые постановления и законы, как есть закон этот..." (Вт.4.5-8).

Судьба Пятикнижия, как и всей Библии, уникальна. В отличии от других древних литературных памятников, представляющих, как правило, чисто исторический интерес и утративших свою актуальность, Пятикнижие живо и сегодня. Его содержание мы воспринимаем не только как постановление, обладающее авторитетом седой древности, но как писания современного звучания. Этика Пятикнижия веление Бога. Она ориентирована на воспитание человека, служащего Богу, т.е. она с самого начала формировалось как общечеловеческое установление и поэтому и в наши дни определяет взгляды, нравственные принципы и устои, образ жизни и поведение многих миллионов людей. В этом - всемирно-историческое общечеловеческое значение Закона Моисеева.